Previous Entry Share Next Entry
Обов'язкове читання для розуміння сьогодення. Найбільший переклад з Голіцина на російську.
CHEKGB
xyu
Цікаво що розіграна кремлем фальшована лібералізація в Чехословаччині у 1968, потім ще раз успішно запущена їми ж шняга з СОЛІДАРНІСТТЮ у  Польщі, у 1981-  були тренуванням на горбачовску пєрєстройку.

Зрозумілим стає провал Української Помаранчової Революції:
ворог, розуміючи що український народ не буде нескінченно терпіти знущання,- 
маніпулює псевдоопозицією, створивши фіктивний  тандем Ющенка-Тимошенки, інфілтрувавши помаранчовий табір Жваніями та іншою бидлотою, вміло каналізуючи народні емоції вкравши і ліцемірно вигукуючи наші гасла

Втім Український Націоналізм все ж спромігся забеспечити невидану масовість і національне піднесення у 2004. Але :
НЕ МАЮЧИ ЧІТКОГО РОЗУМІННЯ СОВКОВОЇ СИСТЕМИ
 
ми програли вмілим маніпуляторам і навіть втратили віру в свої сили((((((
-------------------------------------------------------------
http://www.krotov.info/history/11/geller/gell_1988.html

В декабре 1961 г. резидент КГБ в Хельсинки Анатолий Голицын попросил убежище в американском посольстве. Его история вдохновила авторов шпионских романов, послужила материалом для фильма Хичкока «Топаз».

Анатолий Голицын захватил с собой ценную информацию об активной деятельности тайных советских агентов на Западе. Был бы он всего лишь еще одним перебежчиком, если бы не рассказал о плане стратегической дезинформации, разработанном в Москве в самом конце 50-х годов.
Подготовленный в недрах ЦК и КГБ, представленный Александром Шелепиным, возглавившим госбезопасность в декабре 1958 г., план предусматривал изменение представления об СССР на Западе, используя мнимую «либерализацию».!!!!!!!!!!!!!!  Рассчитан он был на несколько десятилетий.


 Голицын вспоминает модель — план стратегической дезинформации, разработанный в 1921 г. До 1927 г. ВЧК-ОГПУ руководили созданной ими «антисоветской» организацией, носившей кодовое название «Трест». За 7 лет «игры» советская политическая полиция сумела разложить русскую эмиграцию и создать завесу, закрывшую СССР от западных разведок.

Планирование, план — синонимы советской системы. Не приходится, поэтому, удивляться, что планируются политические программы и провокационные действия.

В сентябре 1988 г. советская печать рассказала об успехе операции «Бумеранг» — акции против украинской националистической организации, которая длилась около 20 лет. Убежденность в окончательной победе позволяла не связывать себя определенными, короткими сроками, составлять стратегические планы, рассчитанные на десятилетия. Интерес информации, принесенной Анатолием Голицыным, не в существовании «плана Шелепина», а в идеях, которые его породили.
В 1968 г. Голицын написал книгу, которая была опубликована только в 1984 г. Дополнительные главы, анализирующие позднейшие (после 1968 г.) события, лишь укрепили уверенность автора в точности его методологии анализа коммунистической стратегии.
Рассказ бывшего офицера КГБ о брожении идей в конце 50-х годов чрезвычайно напоминает то, что вспоминает Федор Бурлацкий, участвовавший в редактировании новой программы КПСС. Вырабатывается концепция «общенародного государства». Никита Хрущев объявляет о прекращении ядерных испытаний. Советское правительство предлагает на заседании генеральной ассамблеи ООН всеобщее и полное разоружение, а также созыв всемирной конференции по торговле. «Красная звезда» пишет, что война «перестала быть обязательным средством в экономической, политической и идеологической борьбе»13. Декретируется либерализация в культуре — приходит время «оттепели». Органы безопасности все больше делают упор на воспитательную работу, «расширяют профилактическую деятельность»14. Очевидны намерения сделать структуру более гибкой, уменьшить степень жестокости организации, чтобы она могла эффективнее бороться со стихией. Идут разговоры о необходимости замены статического, монолитного единства динамической системой взглядов и позиций, которые могут не быть сходными по всем вопросам, базируясь, конечно, в обязательном порядке на принципах марксизма-ленинизма.

Реальность планов проверяется их выполнением. Анатолий Голицын писал до смерти Брежнева: «Интенсификация жесткой политики и методов, примерами которой являются арест Сахарова и оккупация Афганистана, предвещают поворот к «демократизации», которая, возможно, последует за уходом Брежнева с политической арены...

Брежневский режим и его неосталинистские акции против «диссидентов» и Афганистана будут осуждены, как в 1968 г. был осужден режим Новотного. В экономической области можно ожидать реформ, с целью приблизить советскую практику к югославской или даже к западным социалистическим моделям.

Некоторые экономические министерства будут ликвидированы; контроль децентрализируется; существующие заводы и фабрики могут быть превращены в индивидуальные хозрасчетные предприятия; будет повышена самостоятельность технократов, советов рабочих и профсоюзов; партийный контроль над экономикой будет — внешне — сокращен»15

Голицын мог уверенно пророчествовать, ибо все перечисленные выше экономические «реформы» базируются на советском опыте 20-х годов и на югославском эксперименте.

 
Предвидел Анатолий Голицын и основные направления политических «реформ»:

 «Либерализация» будет спектакулярной и впечатляющей. Могут быть сделаны формальные заявления об ограничении роли партии; ее монополия — внешне — уменьшена;

может быть введено демонстративное разделение властей — законодательной, исполнительной, судебной.

Верховный совет получит мнимую увеличенную власть, а председатель и депутаты — большую мнимую независимость. Посты президента СССР и генерального секретаря могут быть разделены. КГБ будет «реформировано».

«Диссиденты» в стране будут амнистированы; эмигранты получат возможность вернуться и кое-кто из них получит руководящий пост.

Сахаров может быть в тот или иной способ включен в правительство или получит разрешение преподавать за границей.

Научные, культурные и творческие организации, такие, как Союз писателей или Академия наук, приобретут больше независимости, это относится и к профсоюзам.

Не члены партии смогут открыть политические клубы.

Ведущие диссиденты смогут создать одну или несколько альтернативных политических партий. Цензура будет смягчена; спорные книги, пьесы, фильмы, произведения изобразительного искусства будут напечатаны, выйдут на экраны, появятся на театральных подмостках, в картинных галереях.
Многие известные советские артисты, находящиеся на Западе, вернутся в СССР, где продолжат свою карьеру.

Будут приняты конституционные поправки, гарантирующие выполнение Хельсинкских соглашений... Советские граждане получат больше возможностей выезжать за границу.

Наблюдатели с Запада и из ООН будут приглашены в СССР увидеть воочию реформы в действии»16.

Западные наблюдатели — государственные, политические деятели, комментаторы не перестают повторять: никто не предвидел размаха горбачевской «перестройки», никому из советологов не могло прийти в голову, что нечто подобное могло произойти, никто нас не предупредил.

Программа, изложенная Голицыным, даже в деталях напоминает программу Горбачева.

 Стоит еще раз подчеркнуть, что книга Анатолия Голицына вышла в самом начале 1984 г. А была — в основном — написана значительно раньше. На последних страницах книги автор, зарегистрировав выбор Андропова генеральным секретарем, пишет: «Нельзя исключить, что на следующем партийном съезде или еще раньше, Андропов будет заменен молодым лидером с еще более либеральным имиджем, который станет продолжать так называемую либерализацию еще более интенсивно»17. Сегодня имя «молодого лидера» известно всем.

Анатолий Голицын доводит логические последствия существования «Плана» до пределов, которые вызывают желание спорить с ним. Все события минувшего двадцатилетия он включает в План, объясняет им.

Но нельзя не удивляться, читая составленную им кратчайшую историю «Солидарности»: «Создание «Солидарности» и первичный период ее деятельности как профсоюза можно рассматривать как экспериментальную первую фазу польского «обновления». Назначение Ярузельского, введение военного положения и запрещение «Солидарности» представляет собой вторую фазу, цель которой установить твердый контроль над движением и обеспечить период политической консолидации. В третий период можно ожидать сформирования коалиционного правительства, включающего представителей компартии, ожившего движения «Солидарности» и церкви»18.

Когда Анатолий Голицын писал в 1983 г. о том, что «коммунистические стратеги по-видимому планируют возвращение «Солидарности» и формирование квазисоциал-демократического правительства в Польше»19, он не мог знать, что 3 января 1981 г. польский журналист
Ежи Урбан направил письмо тогдашнему первому секретарю польской партии Станиславу Кане.

Был ли знаком журналист с «планом Шелепина» — неизвестно. Как бы то ни было, Урбан предлагает ответ на мучивший в то время (как всегда) польскую партию вопрос: что делать?

Необходимо, говорится в письме, пойти на создание коалиционного правительства, включающего католиков и умеренных руководителей «Солидарности».

Ежи Урбан объясняет смысл своего отважного предложения: «Я человек, относящийся чрезвычайно неприязненно к католикам, их программе, представлениям, менталитету, но — это выглядит парадоксом — вижу в коалиционном правительстве самый лучший шанс возрождения значения и силы ПОРП, конечно, ПОРП с модифицированной программой и новым стилем деятельности»20.

Анатолий Голицын видит в «плане Шелепина» прежде всего программу дезинформации.
Ежи Урбан предлагает свой план, как единственное средство спасения страны от хаоса, в который ее ввергла слабость партии. Он видит опасность, но говорит, что в случае смертельной болезни идут на хирургическую операцию, даже если имеется только 15 % шансов на удачу21. Общим в обеих планах является желание использовать силы «хаоса», стихии для укрепления организации.

Генерал Ион Пачепа, многолетний руководитель румынской разведки, подробно описывает «план Чаушеску», красиво названный «Красные горизонты»22. «Гений Карпат», чрезвычайно умело используя, в частности, эмиграцию, сумел проецировать во внешний мир изображение Румынии, одного из самых репрессивных государств в мире, как гордой, независимой, суверенной державы, в которой правит мудрый, любимый народом вождь.

Наличие даже самого лучшего, хитроумного плана еще не обеспечивает успеха: советская экономика убедительно свидетельствует об этом. Прежде всего, необходим умелый исполнитель. «Нет, — приходит к выводу марксист Федор Бурлацкий, — что бы мы ни говорили, для исторического процесса нужна личность, нужна могучая политическая воля, нужна способность магического воздействия на массы людей. Тогда и только тогда обеспечен успех»

Ежи Урбан пишет первому секретарю: «К сожалению, в нынешней драматической ситуации Польше необходим харизматический лидер, ибо нет у нас ни достаточно политической культуры, ни времени, чтобы деперсонализировать сильное руководство и строить более демократическими и благородными методами»

Урбан заменяет «магическое воздействие» Бурлацкого термином из словаря Макса Вебера, но говорят они о том же самом. Нужен — Вождь. Для Бурлацкого идеалом был Юрий Андропов, но он легко примирился с очередным генеральным секретарем, ибо, как писал Урбан, харизматическим лидером «может стать каждый первый секретарь». Единственное условие: он должен стать инициатором и исполнителем эффектного перелома и обратиться со своим планом к народу.

Все это знал и великолепно первым изложил Николо Макиавелли. Ленин хорошо знал флорентинца, называя его «умным писателем по государственным вопросам». Постоянно читал его Сталин: впервые опубликованный на русском языке в 1869 г. «Государь» был переиздан в Москве в 1934 г.

Макиавелли говорит о том, что каждый, кто намерен предпринять нечто новое, должен прежде всего решить: рассчитывает ли он на молитвы или на силу.

В первом случае дела всегда кончаются плохо и безрезультатно. Если же надеяться лишь на себя и использовать оружие, неудачи случаются редко. Флорентинец формулирует максиму, актуальность которой и сегодня нет нужды доказывать: «Все вооруженные пророки побеждали, все невооруженные терпели поражение»


Выбор оружия для харизматической личности, претендующей на власть в советской системе, трудностей не представляет. На заре XX в. Ленин сделал свое судьбоносное открытие: дайте мне партию профессиональных революционеров, и я переверну Россию. После Октябрьского переворота Ленин поверил, что может перевернуть весь мир.

Проблема состояла в превращении партии в послушное орудие в руках Лидера. Ленин упорно ковал свое оружие, когда партия жила в подполье, он не переставал ее чистить и оттачивать после захвата власти. Сталину пришлось начинать сначала. А после него — всем, кто садился в кресло генерального секретаря.

Были сделаны попытки переместить центр власти. Использовать другое оружие. Общепризнанный наследник Сталина Георгий Маленков решил занять пост премьер-министра, считая его наиболее важным, оставив секретариат ЦК в руках Никиты Хрущева. Берия попробовал опереться на органы безопасности, видя в них могучее оружие власти. Маршал

Жуков, в июне 1957 г., на пленуме ЦК, обсуждавшем предложение сместить Хрущева, бросил на чашу весов армию. Заявив о поддержке армией первого секретаря, маршал добавил: без моего приказа ни один танк не двинется. Благодарный победитель Никита Хрущев немедленно отправил Жукова на пенсию.

В 1953 г. после июньских демонстраций берлинских рабочих правительство ГДР выразило неудовлетворение своим народом. Бертольд Брехт в сатирической эпиграмме посоветовал правительству распустить народ и выбрать себе другой.
...
Природа людей изменчива, — объяснил Макиавелли. — Их легко убедить, но тяжело удержать в этом убеждении. Поэтому необходимо создать порядок, который позволил бы, если они перестали верить, заставить их верить силой
 

  • 1
акции против украинской националистической организации, которая длилась около 20 лет.

Оперции... 20 лет... Всего лишь громкие слова. Кульминацией эток "компании" было обычное убийство Степана Бандеры. Вот всё на что хватило фантазии у КГБ.

знаэш, убийство Бандеры не было таким уж простым. Сташинский был вооружен
специальным пистолем, заряженным синильной кислотой.

Перед Бандерой он убил и Ребета точно так же.

А операция Бумеранг насколько я знаю закончилась в 1988.

Де-факто надо прознать что активное сопротивление они таки придушили, организации в емиграции разрушили

помог им и акт предательства Кука: кук в 55м кажеться написал открытое письмо к зарубежному подполью с призывом остановить вооруженное сопротивление.

исходя из моих личных встреч с остатками руководства, например в 1988 ко мне, уже в штатах приезжал екс-президент в изгнании Мыкола Плавлюк-

так вот они тут очень скоро приняли желаемо за действительное, признали фиктивную независимость за настоящую и точно как предлогал Кук- многие вернулись и не просто так, а с жалким пиететом, с ПОКЛОНОМ к новому руководству, Плавлюк типа передал верительные грамоты Кравчуку

ПОЗОР. Ганьба,


  • 1
?

Log in